gutsuland (gutsuland) wrote,
gutsuland
gutsuland

У нас относятся к малому бизнесу так, будто под каждым ларьком нефтяная скважина ...

Причинами нежелания россиян начинать своего дело эксперты считают нестабильность экономики и отсутствие гарантий. Но в 90-е, во время бума частного предпринимательства, экономику тоже нельзя было назвать стабильной, и гарантий опять же не давали.

Те, кому доводилось бывать в российских СИЗО в последние годы, или те, у кого там, к несчастью, оказались родственники, или те, кто знакомы с людьми, сидевшими в СИЗО и колониях, знают, что коммерсанты — одна из самых многочисленных категорий зэков. Жертвы рейдеров и вымогателей из правоохранительных структур — это, в основном, не олигархи, а именно представители мелкого и среднего бизнеса, ставшие питательной средой для силовиков и гражданских госслужаших разного уровня. Живущие в Москве, возможно, видели, как стремительно и безжалостно власти расправляются с множеством мелких торговых точек — сносят их бульдозерами, не дожидаясь каких-либо решений суда. Говорят, то же самое происходит и в ряде других регионов. Часто говорят о нестабильности экономики как факторе, парализующем предпринимательскую инициативу россиян. Вряд ли дело только в этом — в 1989—1992 годах, во время зарождения рыночных отношений в России, экономика была не просто нестабильной, она была на грани коллапса. Был разгул криминала, была полная правовая неопределенность. Это не останавливало людей, потому что их не душило государство. Все можно преодолеть, любые препятствия: мутную правовую базу или полное ее отсутствие, экономический кризис, рэкет. Нельзя преодолеть только одно — враждебное, хищническое отношение государства к бизнесу. А сейчас у государства именно такое отношение.

Михаил Делягин, экономист, политолог


Государство, повысив налоговое бремя до уровня, который оказался непосильным для слабой части малого бизнеса, привело к сокращению количества зарегистрированных бизнесменов более чем на 300 тыс. Некоторая часть перестала заниматься бизнесом как таковым, а некоторая — перешла в теневой сектор. Правда, часть предприятий уже были «мертвыми»: просто их раньше не закрывали. Сейчас их содержание стало болезненным.

Закрытие предприятий — результат деятельности государства. В тоже время говорить, что у нас с малым бизнесом катастрофа, нельзя — он существует. Однако малый бизнес понимает, что все разговоры чиновников о том, что они заботятся о малом бизнесе и малый бизнес — это хорошо, лукавы. Наши бизнесмены теперь знают, что это неправда, они убедились на собственном опыте. Потому государство объявило им войну на уничтожение.

Изменение системы, я думаю, мало кого вернет обратно в бизнес, хотя у нас есть люди болезненно доверчивые. Но всерьез говорить об этом нельзя: вас ударили по голове, а потом говорят: «Ой, извините, пожалуйста, мы, может быть, пересмотрим этот вопрос».

На мой взгляд, негативно сказывается на бизнесе налоговый террор. Важно не забывать, что у нас 100 тыс. предпринимателей сидит, какая из них часть малых предпринимателей — никого не волнует. Конечно, формально ситуация с проверками сильно улучшилась: какие-то нельзя часто проводить, о некоторых нужно предупреждать заранее. Но вряд ли этих новелл достаточно для того, чтобы бизнесмены чувствовали себя нормально.

Государству нужно рассматривать малый и средний бизнес (за исключением известных адвокатских контор) как способ самозанятости людей, борьбы с безработицей, а не как способ обогащения. А сейчас у нас относятся к малому бизнесу так, будто под каждым ларьком находится нефтяная скважина.



На смену беспредельщикам в "штанах с лампасАми", пришли беспредельщики в в погонах и с чиновьими "портфелями" ...
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments