gutsuland (gutsuland) wrote,
gutsuland
gutsuland

Categories:

Карать необъятное: юридический анализ новых законопроектов сенатора Боковой

После того, как член Совета Федерации Людмила Бокова внесла в Госдуму законопроекты №654417-7 (увеличивает административные штрафы за нарушения в сфере обеспечения безопасности детей в интернете) и №654418-7 (вносит изменения в законы «О связи», «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» и «О рекламе»), юристы РосКомСвободы и Центра цифровых прав провели анализ предлагаемых сенатором поправок, оценив правоприменительную практику уже существующих норм и сопоставив их с новыми законодательными инициативами.

Все поправки вертятся вокруг требований к обороту информационной продукции среди детей. Эти требования зафиксированы в федеральном законе 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Если описать “идеальный” образ этого закона, то он содержит правила распространения информации среди детей: описывает, какая информация считается вредной для всех детей и для определённых возрастов, фиксирует правила оборота информации в тех местах, где могут присутствовать дети (“на земле”, в медиа, в интернете). Иными словами, декларируется, что закон направлен на то, чтобы оградить детей он некоторых видов информации, которые способны переварить и критически осмыслить только взрослые.

В общем, статья 6.17 КоАП РФ предусматривает штрафы за 3 вещи:


  • нарушение правил распространения среди детей информационной продукции, которые касаются её содержания;

  • организация доступа к интернету в местах, которые могут посещать дети, без применения контент-фильтрации в формате “родительского контроля” или без идентификации пользователей (чтобы оградить детей от “нефильтрованного” интернета) или без применения иных технических, программно-аппаратных средств защиты детей от вредной информации;

  • размещение в информационной продукции для детей объявления о привлечении детей к участию в создании информационной продукции, причиняющей вред их здоровью и/или развитию.

В первом законопроекте №654417-7 предлагается просто увеличить административные штрафы по ст. 6.17 КоАП РФ в 2 раза (например, заменить максимальный штраф для юрлиц с 50 до 100 тысяч рублей). Но есть и другая небольшая поправка (в ч.3 статьи 6.17 КоАП РФ), которая может добавить хаоса в правоприменения и практику блокировок, хотя эта статья КоАП РФ напрямую с ними и не связана.

Поправки в ч.3 статьи 6.17 КоАП РФ взаимосвязаны с поправками по второму законопроекту в ч.1 ст.15 федерального закона 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Одна из поправок в эти нормы предлагает заменить термин «объявление» на «информацию» в следующем тексте: «размещение в информационной продукции для детей, включая информационную продукцию, размещаемую в интернете, объявления о привлечении детей к участию в создании информационной продукции, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию».

Но дело в том, что термин «объявление» и так не очень конкретный и ясный — не совсем понятно, что имеется в виду? Возможно «объявления о привлечении детей к производству рекламы продукции, товаров, услуг, к участию в шоу, мероприятиях, спектаклях, постановках, съёмках в фильмах и клипах»? Однако это только наши предположения, поскольку ни одного кейса по привлечению кого-либо к ответственности по ч.3 ст.6.17 КоАП РФ найти в открытой базе дел нам не удалось. То есть для привлечения к административной ответственности эта статья, скорее всего, не применялась, раз уж ни один судебный акт не попал в открытый доступ и справочные базы.

Дела по ст.6.17 КоАП РФ рассматривают мировые судьи — в основном штрафуют по части 1 и 2 (это другие составы), а по штрафам по части 3 вообще ничего нет. Зато ч.3 ст.6.17 КоАП РФ активно применяется районными судами при рассмотрении дел об ограничении доступа к сайтам (по искам прокуроров).

О чём это говорит? О том, что норма и так не используется по назначению — пресечения нарушений 436-ФЗ, наказания виновных штрафом. Вместо этого она применяется для цензуры в интернете, да ещё и загружает суды делами, необходимость и польза которых сомнительна. Беглый анализ дел об ограничении доступа к сайтам, в которых была применена ст. 6.17 КоАП РФ, показывает, что эта статья (и в частности ч.3) КоАП РФ часто применяется «до кучи», а не в конкретных случаях размещения объявлений о привлечении детей к производству вредной информационной продукции.

Напрашивается вопрос: зачем редактировать норму, которая не применяется по прямому назначению? Очевидно, что замена «объявления» ещё более широким и «резиновым» термином «информация» никак не поможет чаще и эффективней штрафовать нарушителей по ч. 3 ст. 6.17 КоАП. Это только внесёт ещё больше правовой неопределённости в правоприменение по блокировкам сайтов.

Даже из слова «объявление» с натяжкой можно хоть какой-то объективный состав правонарушения вывести (например, кто-то намерен привлечь детей к производству продукции, которая является вредной для несовершеннолетних), а «информация» подразумевает любое содержание, даже простую констатацию фактов, изложение событий. Такая замена терминов меняет объективный состав правонарушения — то есть понимание, какие действия являются наказуемыми. А если авторы законопроекта предполагают, что норму в такой редакции можно использовать для пресечения распространения продукции, где незаконно фигурируют дети, то это излишне, — и так инструменты для этого уже есть.

Вывод по законопроекту №654417-7: ударит он скорее всего по тем же владельцам сайтов и онлайн-сервисов, потому что по прямому назначению (наказать штрафом за правонарушение) статья не применяется, как видно из судебной практики, зато применяется в делах о блокировках; замена термина делает содержание статьи ещё более непонятным, а правоприменение — непредсказуемым.

Второй законопроект №654418-7 предлагает внести изменения в законы «О связи», «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» и «О рекламе». В первую очередь любопытны поправки в ст. 14 закона «О защите детей от информации» (436-ФЗ), которая касается особенностей распространения информации в интернете. В этой статье закреплена обязанность применять меры и средства защиты детей от вредной информации при организации предоставления доступа к интернету в местах, доступных для детей (например, в школах, кафе и т.п., где эти меры и средства должны применять сами заведения, а оператор связи часто является лишь исполнителем по договору услуг), а также нюансы использования владельцами сайтов и аудиовизуальными сервисами (онлайн-кинотеатрами) специальных обозначений о возрастных категориях, на которые рассчитан контент.

Законопроект предлагает добавить сюда право владельцев сайтов также применять меры и средства защиты детей от вредной информации и уведомлять пользователей о возможности пожаловаться на нарушение 436-ФЗ в соответствующий гос.орган. Но владельцы сайтов и так имели право это делать. Тогда в чём смысл нововведений? Пояснительная записка гласит, что это “позволит развивать практику саморегулирования в сфере обеспечения информационной безопасности детей, в частности создания и развития новых механизмов несовершеннолетних пользователей от негативного контента”. Однако едва ли саморегулирование в этой сфере может быть простимулировано введением дополнительного регулирования.

Похоже, поправками в закон «О рекламе» (ч. 3 ст. 10) авторы документа хотят ввести для площадок интернет-рекламы выделение обязательной доли для социальной рекламы. Правда неясно, как её высчитывать и как это поможет в защите детей от вредной информации? Тут будет интересно дождаться комментария от Яндекса или Google, поскольку они крупные распространители интернет-рекламы.

Поправки в ст. 27 закона «О связи» предлагают новое основание для внеплановой проверки операторов связи — поступление в Роскомнадзор информации о неисполнении оператором связи обязанности по ограничению доступа к информации, запрещённой для распространения среди детей в связи с возникновением угрозы причинения вреда жизни и здоровья несовершеннолетних граждан.

Не понятно, как эта поправка должна согласовываться с текущей регуляторикой и для каких случаев она придумана. У операторов связи нет прямой обязанности в общем ограничивать доступ к информации, запрещённой для распространения среди детей в связи с возникновением угрозы причинения вреда жизни и здоровья несовершеннолетних граждан, кто выявляет такую информацию — не понятно. Из буквального прочтения этой поправки можно сделать вывод, что вводится ещё одно основание для ограничения доступа к информации и надо искать взаимосвязанные законопроекты с поправками в закон “Об информации” (149-ФЗ).

Вторая версия: в контексте защиты детей от вредной информации можно предположить, что речь идёт об услугах контент-фильтрации, которые операторы связи могут оказывать по договору с образовательными и иными учреждениями, предназначенными для детей, или с учреждениями, которые могут посещать дети. Если речь об этом, то поправки вводят второй слой проверок по одному и тому же нарушению 436-ФЗ в части контент фильтрации. Например, школы на предмет “брешей” в контент-фильтрации проверяют и наказывают прокуроры, а операторов связи — Роскомнадзор, который от подобных действий ранее открещивался (например, в деле об образовательной фильтрации сайта Роскомсвободы).

Юрист РосКомСвободы
Екатерина Абашина.

.

В целом, как уже говорилось выше, законопроекты Боковой вносят скорее больше хаоса в и без того сомнительные законы, раздвигая рамки запрещаемого контента далеко за пределы разумного. Скептическое отношение к данным инициативам высказал также информационно-аналитический центр «Сова»:

«Мы полагаем, что меры, описанные в законе о защите детей от вредной информации и ст. 6.17 КоАП, чрезмерно суровы и не вполне продуманны.

Во-первых, в результате применения контент-фильтрации ограничиваются права взрослых пользователей на доступ к информации в публичных местах (кафе, интернет-кафе, гостиницах, и т.п.), где доступ в интернет могут получить несовершеннолетние. Законопроекты Боковой никак не исправляют ситуацию, но напротив направлены на ужесточение санкций по за несоблюдение требований закона.

Во-вторых, обязывая учебные заведения применять контент-фильтры, существующее законодательство не учитывает того, что эти фильтры всегда несовершенны. Ранее администрация школ несла ответственность за огрехи программ, спущенных из Минобрнауки (с недавнего времени — Министерства просвещения). Теперь же администрации школ сами должны будут разбираться в особенностях программ контент-фильтрации, и очевидно, в этом смысле учебные заведения окажутся в неравных условиях, но будут нести одинаковую ответственность за нарушение закона по ч. 2 ст. 6.17 КоАП».

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments