gutsuland (gutsuland) wrote,
gutsuland
gutsuland

Андрей Зубов: «Происходит обрушение всей послевоенной правовой международной системы»

После опубликованной 1 марта профессором кафедры философии МГИМО Андреем Зубовым статьи на сайте газеты «Ведомости» автора принуждают уволиться из ВУЗа. Об этом Зубов рассказал в эксклюзивном интервью Русской службе «Голоса Америки».

Напомним, в своей статье профессор, в частности, написал: «Мы на пороге полного разрушения системы международных договоров, экономического хаоса и политической диктатуры». Кроме того, он провел прямые аналогии между действиями России в Крыму и аншлюсом Австрии в 1938 году. Статья вызвала огромный интерес у читателей и диаметрально противоположные отклики.


Виктор Васильев: Каков ваш статус на сегодня? Чем закончилась история с вашим увольнением, о чем сообщали СМИ?

Андрей Зубов: Я пока профессор МГИМО, но они (руководство ВУЗа) всячески собирают на меня компромат. Скажем, недавно я ездил в командировку в Лондон, предварительно написав заявление об отпуске за свой счет. Тем не менее, они бомбардировали меня в Англии заверенными телеграммами, чтобы я немедленно явился в институт. Словом, идет обычное в таких случаях давление. И мне кажется, что главная определяющая здесь наверняка – далеко не воля руководства (МГИМО).

В.В.: Удивила ли вас такая реакция на свою статью?

А.З.: Нет. Я более-менее ожидал чего-то подобного, зная контекст нашей жизни.

В.В.: То есть вы шли на это вполне сознательно?

А.З.: Абсолютно.

В.В.: И ни от чего не отказались бы сегодня из того, что написали?

А.З.: Нет. Более того, то, что я написал тогда как гипотетические вещи, сейчас все более и более реализуется на практике. И весь описанный мною сценарий как бы дополняется новыми штрихами, которые раньше еще только можно было предположить.

В.В.: Какие именно штрихи вы имеете ввиду?

А.З.: Например, итоги голосования в Крыму – 96,77 процента за присоединение в России. У меня докторская диссертация по электоральному поведению. И я знаю, что таких цифр вообще не может быть просто по законам человеческой массовой психологии. То есть, налицо явная фальсификация, не говоря уж о массе других фактов. И это очень напоминает тот же самый аншлюс Австрии, когда после ввода туда немецких войск, 99 с лишним процентов населения на плебисците проголосовали за объединение с Германией.

В.В.: Как вы полагаете, что наиболее всего задело в вашей статье власть предержащих?

А.З.: Думаю, самой больной темой – и мне это, собственно говоря, говорили впрямую – было сравнение действий нынешней администрации президента Путина с действиями Гитлера в 1938 -1939 годах. При этом я и не утверждал, что Путин как Гитлер. Я считаю такое сравнение далеко неоднозначным. Но сами действия очень схожи. Процесс отделения Крыма – типичный аншлюс, совершенный под сопровождение националистического, шовинистического безумия. Это, видимо, и вызвало наибольшее раздражение по той простой причине, что нет более болезненной темы в России, чем тема Второй мировой войны и нет худшего сравнения для какого-то политика или политической силы, нежели сравнения с фашизмом и нацизмом. Вы же видите, что с подачи официальной российской пропаганды людей с Майдана постоянно называют фашистами. Так что сравнение действий самого Путина с действиями Гитлера, конечно, повергло их (власти) в полнейшее негодование.

В.В.: Насколько адекватной вы считаете ответную реакцию Запада?

А.З.: Есть русская поговорка, которая сейчас больше подходит для Запада: «Русский человек долго запрягает, но быстро едет». Здесь я, опять же, как историк, вспоминаю опыт Второй мировой войны. Запад всегда долго собирается. Но когда он поставлен уже в крайнее положение, то действует очень решительно. Я не знаю, считает ли себя Запад поставленным сейчас в крайнее положение. Не знаю, насколько глубоко видят западные политики то, что происходит сегодня. На самом деле происходит обрушение всей послевоенной правовой международной системы. И соответственно, вновь возникает та ситуация, когда каждый действует сам за себя, отрывая кусок у другого.

Так вот если, скажем, действиям Путина не будет положен явный предел и не будет все возвращено к ситуации до начала оккупации Крыма, то рухнет вся система международных договоров с самыми тяжкими последствиями для всего мира. Как это и было в конце 30-х годов прошлого века.

В.В.: Как, на ваш взгляд, будут развиваться события?

А.З.: Думаю, сейчас необходимы решительные действия Запада не просто по остановке агрессии, а по возвращению ситуации к довоенной. Но пойдет ли на это Запад, сказать трудно. Я не хочу быть Кассандрой. Надеюсь, что будут разработаны правильные, умные и точные меры по остановке конфликта. Надеюсь, что Украине будут даны гарантии ее территориальной целостности, неприкосновенности, и эти гарантии получат подтверждения со всех сторон, включая США и Великобритании. Если этого не произойдет, будет очень плохо. А вполне ли понимает это Запад или нет, увидим в ближайшем будущем.

В.В.: Нынешние санкции Запада и США в Москве воспринимаются с некоторой усмешкой. Но просчитаны ли в России все потенциальные последствия?

А.З.: Я хотел бы заметить, что речь идет об администрации Путина, а не о России. Это надо постоянно подчеркивать. Россия – не меньшая по значению, а может, и большая – вышла на протестный митинг в субботу на московские бульвары. Сейчас в Москве действительно воспринимают введенные санкции с некоторой иронией и со смехом. Но я только что вернулся из Лондона, где видел, как русские богатые люди, которые там, как известно, живут в большом количестве, воспринимают развитие событий совсем без смеха. А воспринимают, как очень опасную для них самих, для их жизни и благополучия ситуацию. Думаю, в России это нервная реакция. Это похоже на смех человека, который очень боится. Потому что все прекрасно понимают, что если Запад захочет, то он додавит. А с другой стороны, это работа на публику, чтобы простой народ думал: о, какая чепуха! В действительности все не так. Знаю, что с Запада выводятся русские деньги, при этом происходят большие финансовые потери. Это уже не шутки. А если санкции усилятся, все станет еще серьезнее.

В.В.: Как изменилась ваша жизнь в свете грозящего увольнения из МГИМО?

А.З.: Разумеется, это тяжелая для меня травма, тут нет никаких сомнений. Во-первых, это моя альма-матер. А в 2000 году нынешний ректор (Анатолий Торкунов – В.В.) предложил мне преподавать в МГИМО. В общем, это мое призвание, то, что мне близко и дорого. Мне очень приятно работать со студентами. И я, как понимаю, считался неплохим профессором в нашем университете.

Иногда меня посещает мысль, правильно ли я поступил? Но всякий раз говорю себе, что если бы я не сказал того, что думал в этой ситуации, то перестал бы себя уважать. Перестал бы считать, что я – честный человек. Я бы стал себя считать просто продавшейся власти шкурой в тот момент, когда нужно было защищать честь России. И в этом смысле совершенно не жалею, что так поступил.

В.В.: Есть ли в России люди, занимающие солидарную с вами гражданскую позицию?

А.З.: Вы же видели, сколько много людей вышло в минувшую субботу на митинг. Конечно, не все из них готовы лично бороться. Но все же на улицы вышли десятки тысяч людей. Есть старый принцип: если не ты, то кто? Я действовал по этому принципу. И могу сказать, что получил огромное количество писем поддержки. Буквально тысячи людей со всей России и всего мира писали, что солидарны со мной, разделяют мои взгляды и готовы действовать столь же решительно.

В.В.: Как вы представляете себе свое будущее?

А.З.: Никак не представляю. Этот тот самый случай, когда я себе действительно не представляю, что со мной будет. Я формальный пенсионер, получаю очень маленькую по общечеловеческим меркам пенсию и не знаю, как можно существовать на нее. Буду искать возможность читать какие-то лекции, буду искать работу. Посмотрим. В любом случае я не хочу уезжать из России. После того, что я совершил, тем более важно оставаться здесь.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments