gutsuland (gutsuland) wrote,
gutsuland
gutsuland

Categories:

БУМЕРАНГ «ГАРПУНА ПАРТИИ»: уроки одного уголовного дела

Оригинал взят у sargrob в БУМЕРАНГ «ГАРПУНА ПАРТИИ»: уроки одного уголовного дела

Шесть лет назад наш коллега, известный саратовский журналист Владимир Спирягин (на фото), был судим по ст. 129 ч. 2 УК РФ за «клевету» в адрес одного из высокопоставленных деятелей партии, правящей в России безраздельно уже на протяжении второго десятилетия. В газете «Саратовский расклад», учредителем и редактором которой являлся Спирягин, 9 августа 2007 года вышел материал «Гарпун партии», в котором рассказывалось, как менее чем за неделю до этого в субботу 4 августа на частной яхте «Принцесса» ударом стрелы от гарпуна была ранена 29-летняя жительница Саратова Анна Молодкина. Главный вопрос и основная версия публикации — в чьих руках тогда находился гарпун — касались непосредственно тогдашнего вице-спикера Госдумы от «Единой России», генерального секретаря партии Вячеслава Володина — выходца из Саратова, который часто приезжал (да и продолжает, можно не сомневаться, и сегодня наведываться) в родные края — отдыхать на Волге…

Мы встретились с Владимиром Спирягиным и попросили его прокомментировать как спустя уже годы после того, как он был осужден, и более того, отправлен на зону, ему видится произошедшее. Что из того, маячившее в 2007 году всего лишь грозным предвестником российского репрессивного катка против прессы, сбылось в реальности? Тут и сделанные в 2012 году поправки в «Закон о клевете», многократно увеличивающие штрафы и вновь производящие этот разряд нарушений в ранг уголовных преступлений. Здесь и лихорадочные новации в Гражданский кодекс, неоправданно расширенно трактующие понятия «личная жизнь», когда журналистам уже практически в открытую, в нарушение Конституции РФ и Закона о печати, ставят рогатки в их профессиональную деятельность.


Ох уж эти волжские берега
…Гражданский муж пострадавшей Анны Молодкиной Сергей Белостропов — основатель и владелец знаменитой саратовской финансовой пирамиды «Саратовмясомолпром», ныне отбывающий тюремный срок за неоднократное и масштабное мошенничество. Немудрено, что он как деловой человек видел смысл в том, чтобы Анна находилась на важных увеселительных мероприятиях с участием VIP-персон, — как-никак, никуда не деться от надобности заводить новые нужные знакомства, укреплять старые служебные связи… Примечательно, что до наделавшей много шуму публикации три статьи Уголовного кодекса, связанных с обманом и мошенничеством, висели на Белостропове в областной прокуратуре.

— Первое нарушение закона в отношении меня: прокуратура завела уголовное дело практически мгновенно, повинуясь указанию свыше, и не удосужившись провести элементарную проверку поступивших данных. Все произошло быстро: утром 9 августа вышла газета с материалом «Гарпун партии», через пару часов она лежала на столе тогдашнего полпреда Президента в Приволжском федеральном округе Александра Коновалова. Как потом уточняли некоторые источники, информацию об инциденте на яхте якобы в оперативном порядке доложили Президенту Путину, причем рассказали, что там произошло в реальности. Ну, а потом в центральных российских СМИ начали писать, что в вышедшем номере газеты содержатся сведения, однозначно компрометирующие одного из бонз «Единой России». На дворе стоял 2007 год — год очередных выборов в нижнюю палату парламента, и, разумеется, в их преддверии репутация партийного генсека Вячеслава Володина, волею судеб ставшего главным героем «Гарпуна…», должна была быть абсолютно стерильной. На самом деле, ситуация была очень и очень непростой. Видный функционер «Единой России» мог потерять в буквальном смысле все, и оказаться на скамье подсудимых. Впрочем, в этом случае, в качестве подстраховки, наверняка нашлись бы другие «козлы отпущения», способные посидеть какое-то время на нарах.
Но сценарий стал разыгрываться безопасно как для Вячеслава Викторовича, так и для его приближенных…

В статье «Гарпун партии» Сергей Белостропов упоминался как человек с подмоченной репутацией: шутка ли — фигурант сразу нескольких уголовных дел. В день выхода статьи и возбуждения уголовного преследования против Спирягина, произошло настоящее чудо. Белостропов утром того дня явился в областную прокуратуру, и… был ошеломлен, — оказалось, с него непонятным образом снимаются все ранее предъявленные обвинения. Зашел туда, будучи фигурантом уголовных дел, а вышел — кристально честным человеком. И тут же всем публично заявил, что он в тот злополучный день находился со своей гражданской женой Анной Молодкиной и другом Владиславом Буровым на волжских берегах, но совершенно в ином месте: под селом Красный Яр Волгоградской области, где у него якобы есть дом. А приехали они туда, дескать, для рыбной ловли. И Молодкина именно там, а не где-либо иначе, согласно его словам, получила случайно ранение от стрелы из ружья для подводной охоты. Обстоятельства получения серьезной травмы Белостропов, как нетрудно догадаться, раскрыл в собственной интерпретации. Тогда же надзорным ведомством был допрошен Владислав Буров — генеральный директор ОАО «Солнечные продукты», в предпринимательских кругах региона получивший прозвище «майонезного короля» Поволжья, а затем и всей России, надежный друг Вячеслава Володина со времен лихих 90-х. В показаниях этих двух людей, которые были потом дополнены свидетельствами самой потерпевшей Молодкиной, яхта «Принцесса», сделанная в Англии, являющаяся самым дорогим судном на Волге и принадлежащая олигарху Бурову, не упоминается.

Несколько лет спустя, когда дело о «Гарпуне…» уже подзабылось, Белостропов, судя по всему, стал уже не нужен: в 2012 году неожиданно вновь всплыли все уголовные дела по обману саратовцев, закрытые в 2007 году. А уже в 2013 году, после громкого судебного процесса, Сергей Белостропов с подельниками был отправлен на нары. Белостропова осудили в том числе и за мошенничество при создании им саратовского варианта «МММ», когда он сулил неслыханные дивиденды сотням доверчивых саратовских вкладчиков от деятельности своей липовой пирамиды.

Восемь следователей по особо важным делам
Что же происходило тогда, в 2007-ом в Саратове после выхода в свет статьи «Гарпун партии»? Саратовских силовиков тогда просто лихорадило — шутка ли, когда такой шум на всю страну… Практически уже утром, судя по сообщениям федеральных СМИ, прокуратурой было возбуждено уголовное дело на главного редактора «Саратовского расклада», хотя по всем процессуальным нормам не менее суток должно уйти на одну лишь проверку соответствия действительности опубликованных в статье фактов.

Владимир Спирягин: «Я просыпаюсь утром, никуда не спешу, и вдруг из федеральных интернет-изданий узнаю в тот же день, что я объявлен в федеральный розыск». Сразу возникает вопрос — за что? За насилие, терроризм, массовые беспорядки? Нет. За «распространение сведений, не соответствующих действительности». Когда Владимир приехал в редакцию возглавляемой им газеты, там уже ждали обыска. Странно, но за полчаса до того как нагрянуть следователям из прокуратуры позвонили и сказали: «мы сейчас приедем в редакцию, состоится обыск, будем все опечатывать». Для Спирягина и ныне загадка — почему они предупредили об обыске: «Саратовскому раскладу» предоставлялся шанс вывезти и спрятать хотя бы часть техники, чтобы продолжать выпускать газету и дальше. Что и было сделано — сотрудники редакции как революционеры-подпольщики начала двадцатого века отправились проводить редакционную планерку на квартиру одной из сотрудниц в полном соответствии со всеми конспирологическими атрибутами. Спустя пару часов, опять-таки непонятно, с какой юридической стати, редакция «Саратовского расклада» была опечатана.

Несколькими часами позднее Спирягину позвонил Николай Панков, в ту пору местный активист-«единоросс», ближайший сподвижник Вячеслава Володина, ныне —депутат Государственной Думы РФ. Он очень вежливо сообщил, что с редактором желает встретиться Главный федеральный инспектор по региону. «Приторный тон Панкова, — говорит Владимир, — насторожил меня сразу. Я почувствовал, что из кабинета федерального инспектора я выйду уже под конвоем… Признаки моего предчувствия начали сбываться в первые секунды, как я переступил порог резиденции Главного федерального инспектора. Два оперативника, которых можно было легко отличить от других присутствовавших, прогуливались на входе. Пройдя в кабинет инспектора, я увидел двух солидных господ. Как потом выяснил, это были два сотрудника из кремлевской администрации. Один из них, кажется, заместитель Говоруна (в ту пору — начальника управления Президента РФ по внутренней политике).

Первую фразу, которую я отчетливо услышал от этих господ, была такова: «Тебя посадят, парень. Надолго, лет эдак на пять…». Мне ничего не оставалось, как ответить: «И что?». Терять-то все равно было уже нечего. В ответ высокопоставленные чиновники немного смягчились: «Ты нам должен рассказать всю правду прямо здесь, в этой комнате. Кто дал информацию для статьи?…» Я спрашиваю: «А на какую степень откровенности вы рассчитываете?» В ответ, естественно: «На самую полную…». Что меня поразило — тут же в комнате передо мной сидели Николай Панков, начальник областного УВД, прокурор области, словно они лично руководили поимкой опаснейшего преступника и готовы теперь отчитаться о его задержании. В общем, не было для этих высших чинов никакой другой заботы, как всей группой встречать редактора Спирягина в присутствии Главного федерального инспектора. Я согласился на беседу, но попросил соблюсти одно условие: чтобы два высокопоставленных чина, руководители силовых структур, и Панков вместе с ними, покинули помещение. Коротко так сказал: «Хотите откровенности, тогда пусть они выйдут». Эта сцена достойна сюжета в кино: им пришлось выполнить мою просьбу — жалко, что практически никто не видел в тот момент генеральские лица, когда они тяжело поднимались с мягких кресел и, сопя, мрачно косясь на меня, выходили за дверь… Как позже выяснилось, несколькими минутами раньше кремлевские эмиссары проводили здесь же совещание со всеми руководителями саратовских силовых структур в преддверии грядущих выборов в Госдуму….

567enb
После беседы тет-а-тет меня буквально конвоировали в областную прокуратуру, в мою машину рядом сел вооруженный оперативник. Ну а затем мое удивление только множилось — по расследованию обстоятельств размещения разоблачительной публикации в саратовском провинциальном издании, выходящем тиражом 4000 экземпляров, выделили сразу… восемь следователей по особо важным делам (!), такого в Саратове, да и вообще, насколько мне известно, в России, не было никогда. Как будто раскрывался чудовищный заговор с целью насильственного свержения власти. Интересно, что эти следователи, совсем молодые, но уже борзые и нахрапистые, имели специализацию «по экономическим преступлениям». Какое отношение имели «важняки» по экономике» к публикации на криминальную тему в газете «Саратовский расклад» абсолютно непонятно…»

Сыщики потеряли «вещдок»
Результативность расследования, его объективность и независимость при столь внушительном оснащении нулевая. Те, кто дергал сверху за ниточки, пошли по самому легкому пути, все свалили на СМИ и его руководителя. Он, мол, во всем виноват, ибо написал про это сам. Кстати, и это на самом деле, является неправдой: Спирягин, как редактор, взял на себя вину своего молодого сотрудника. Между тем, весомую долю абсурда в расследование внесла потеря людьми в погонах ключевого «вещдока» — гарпуна: девушка получила опаснейшее ранение стрелой из ружья для подводной охоты (сам этот факт подтвержден как самой потерпевшей, так и всем уголовным делом, и сомнению ничуть не подлежит), а злосчастный гарпун из рук сыщиков уплыл… в направлении, указанном кем-то свыше.

«Где гарпун-то? Где отпечатки пальцев?» — настойчиво спрашивал следствие обвиняемый редактор. Основной следователь на одном из допросов скромно отвел глаза, и негромко проговорил, что он передан на хранение… его законному владельцу Сергею Белостропову.

В. Спирягин: «Я тогда просто взорвался: как так, Белостропову?! На каком основании?! Ведь на этом «вещдоке» базируется все уголовное дело! Реакция на мои слова была удивительной — следователь сделал многозначительный пасс рукой куда-то вверх, опасаясь, и не без оснований, что в кабинете может быть «прослушка»… И на немом языке озвучил: это, дескать, «приказ с «самого верха»… Ну что здесь можно комментировать?

Дальше — больше. От тогдашнего начальника следственного управления облпрокуратуры (Следственный Комитет тогда только формировался) через моего адвоката была передана «конфиденциальная» информация. Ее суть в следующем — не все же время Спирягин будет молчать, ссылаясь на 51-ю статью Конституции, разрешающей не свидетельствовать против себя и своих близких. От него ждут показаний, раскрытия источника информации, который рассказал о событиях на яхте «Принцесса». И обозначен был прозрачный намек: если говорить не будет, то пострадают его родственники. Таким образом, я столкнулся с прямой угрозой мне и моим близким. Кроме того, в мое отсутствие, без всякого основания, без моего ведома у меня дома по ул. Саперной в Саратове устроили обыск. Причем, после этого я с трудом открывал дверь в собственное жилище: замок был изуродован непрошеными гостями. Позднее знакомый «фейс» (сотрудник ФСБ) сказал, что сделано это было по приказу прокурора, который попросил посмотреть уровень моего благосостояния».

Компромат.ру
Шли постоянные допросы. Но дело сыпалось, несмотря на ретивость следствия: не вырисовывалась внятная картина, что давало повод усомниться в справедливости предъявления обвинения. Допрашивали одну из сотрудниц «Саратовского расклада», по пять часов подряд (такое длительное время допроса запрещено по закону), наставляли в лицо яркую лампу и добивались от нее требуемых показаний: что именно Спирягин распорядился, чтобы такая статья была напечатана.

ii76bm
Многие прежние знакомые и коллеги Владимира испугались, начали сторониться его, даже руку для рукопожатия боялись протянуть. Их «мобильники», когда они выходили с ним на связь, беззастенчиво прослушивались. И многие ему звонившие моментально попадали на допрос. В те дни по наблюдению Спирягина во время его поездок по городу на собственном автомобиле, его «пасли» две-три разных машины в день. Эту информацию подтверждали знакомые редактора из силовых структур. Однажды позвонил один областной политик и попросил вместе съездить к одному авторитетному во всех смыслах человеку на Саратовщине.

В. Спирягин: «Я согласился. Меня привезли к одному, как выяснилось, из региональных «авторитетов». Он настоятельно мне рекомендовал извиниться перед Вячеславом Викторовичем Володиным и перед партией «Единая Россия» «за клевету», так как в противном случае, по его словам, «тебя посадят, и наши люди будут в камере прессовать…». Я возразил, что с определением клеветы надо еще обождать… Но в качестве аргумента насколько все серьезно я услышал один довод, который и сегодня не буду озвучивать, дабы вновь не попасть на нары».

Тогда Спирягин поступил, по его словам, следующим образом: «Чтобы меня случайно не убили и не посадили, я срочно собрал пресс-конференцию». На ней он заявил, что на тот момент, пока лично у него нет прямых доказательств присутствия Володина на яхте «Принцесса» 4 августа 2007 года, он временно приносит ему извинения, оговорившись при этом, что если вдруг найдет доказательства своего первичного утверждения, то немедленно свои слова отзовет. В то же время главный редактор «Саратовского расклада» отказался извиняться перед партией «Единая Россия». Некоторые обидчиво-ранимые члены местной ячейки партии власти усмотрели моральный ущерб для себя в статье «Гарпун партии», и начали коллективно подавать личные иски, оскорбившись за своего вождя. После пресс-конференции Спирягина проходит совсем немного времени, и на главном сайте партии появляется информация об этом факте. Что начинает твориться на многих федеральных сайтах! Все извращают информацию, вбрасывая «дезу», что редактор «…расклада» извинился перед «Единой Россией». Что он «покаялся»…
Кстати, сейчас, по прошествии времени, многие страницы в Сети, где содержались материалы, невыгодно для Володина освещающие эту историю, вообще вытравлены из Интернета — почищено максимально все… За исключением известного российского сайта Компромат.ру — с этим порталом верным володинцам договориться не удалось, статья про «гарпун» и по сей день висит на этом ресурсе.

Откровения в палате люкс
…По показаниям, которые давали в уголовном деле Буров и Белостропов, Анну Молодкину они не видели в тот момент, когда ее ранило. Дескать, разошлись по камышам, и друг друга видеть не могли. Сама она свидетельствовала на суде, что запуталась в камышах и решила перезарядить свое ружье: поставила новую стрелу в гарпун, но веревка от него плавала в воде и, скорее всего, намоталась на спусковой крючок, а как стрела попала в нее, Анна и не заметила. Только потом с болью почувствовала, что ей что-то мешает двигаться.

Спирягин по горячим следам, прихватив свое удостоверение помощника депутата Госдумы РФ Алексея Чернышева, смог проникнуть в те дни в больницу, где она лежала, и ознакомился с медицинской картой, которая впоследствии была переписана. В первоначальном варианте документа жизнь ее действительно была не на шутку под угрозой. Если бы стрела на миллиметр прошла выше или ниже, то врачи скорой просто могли ее не довезти… «Если бы, не дай Бог, исход был летальным, то тогда следствие и суд были бы совершенно иными. Так вот, прошло два дня после операции, — рассказывает Владимир, — но перед собой я увидел молодую, симпатичную, женщину; хотя, разумеется, бледную, разговаривающую с трудом. Тем не менее побеседовали. Она была явно расположена к гостю, улыбалась, рассказывала про тот злополучный день. Показательно то, что когда я начинал говорить с ней о «Принцессе», о пребывании на ней, она в разговоре вовсе не отрицала своего там присутствия. Дескать, собираемся раз в году дружеской компанией. Однако сразу сделала акцент, что ранила сама себя по неосторожности.
Уже на следующий день Молодкина утверждала правоохранителям на допросах, что на «Принцессе» вообще не была, Володина лично не знает, только по телевизору видела, а позже, на очной ставке со Спирягиным, она его узнала и заявила, что да, действительно приходил такой человек к ней в палату, представившись помощником Госдумы. О том, что это журналист и редактор газеты, она тогда не знала…»

Для того чтобы убедиться в нелепости той версии, которую старательно перед правоохранителями вырисовывали Молодкина, Буров и Белостропов, Владимир Спирягин, подменяя собою следователей, пошел на следственный эксперимент, и его свидетелями стала съемочная группа Марианны Максимовской (РЕН-ТВ), приехавшая в Саратов готовить материал о «гарпуне». В начале сюжета Спирягин мел дворницкой метлой осенние листья возле здания по ул. Советской, 10 (главного штаба «Единой России» на Саратовщине) и приговаривал при этом в камеру: «Мести надо не у этого здания, а — внутри него…» Цензура в программе эту фразу вырезала. Максимовская потом объясняла Спирягину, что на федеральном телевидении подобные слова даже в ее передаче говорить нельзя. И это было уже в 2007 году!

Потом он поехал с московскими тележурналистами в оружейный магазин на улице Чернышевского.
В. Спирягин: «Я попросил гарпун у продавщицы. Держу его в руках и корреспонденту задаю вопрос — покажите, как можно веревку у гарпуна запутать вокруг курка? В нем две степени защиты. Под курок ты при всем желании ничего не подсунешь, поэтому все — полная ложь. Не может человек сам себя прострелить из гарпуна».

Кстати, госпитализирована пострадавшая была в городскую больницу № 3. Главным врачом в ту пору являлся Петр Глыбочко, доверенное лицо В. Володина. В 2007 году он возглавлял областное отделение «партии власти», а в 2010 году при протекции Вячеслава Викторовича перебрался в Москву и возглавил Первый Медицинский университет имени Сеченова.

Выбор места лечебного учреждения для Анны Молодкиной еще одна красноречивая деталь в расследовании. Ее должны были отвезти в Саратовскую областную больницу, прерогатива которой курировать санавиацию: оказание медпомощи лицам, либо проживающим в сельских районах области, либо не проживающих, но вред здоровью которых зафиксирован на данной территории. Из областной больницы за потерпевшей действительно выезжала «Скорая помощь», но на полпути ее завернули люди в штатском, а к Анне помчалась на всех скоростях машина горздравотдела Саратова. И девушку повезли подальше от лишних глаз и шума в «люксовую» палату стационара главного партийного функционера региона. Через считанные дни были уволены руководитель городского отдела здравоохранения Игорь Архипов и главный врач областной больницы Василий Максимов, ставший впоследствии депутатом Госдумы от «Единой России».

Два солидных свидетеля
Свидетелями по делу проходили тогдашние губернатор области Павел Ипатов и вице-губернатор Виктор Жданов. Первое лицо области не снизошло со своей властной высоты до Октябрьского мирового суда Саратова и в суд не явилось. Жданову на одном из судебных заседаний был задан вопрос: «Многие об этой«клевете» узнали 9 августа 2007 года (день выхода «Саратовского расклада» со статьей — авт.). Откуда вам с главой региона Ипатовым стало известно об этом еще в субботу, 4 августа, когда это только случилось? Многие тогда говорили, что губернатор на субботней планерке в областном правительстве в присутствии большого количества людей произнес фразу: «Что это там у вас происходит?! На яхтах уже стрелять начали?» Жданов ответил в суде, что говорить не будет, сославшись на 51-ю статью Конституции, после чего подвергся жесткой критике со стороны местных «единороссов», жаждавших раскрыть источники информации, чтобы потом наказать виновных в утечке.

P.S.
В ноябре того же 2007 года Октябрьский мировой суд приговорил журналиста Спирягина к 180-ти часам обязательных работ. Приговоренный зная, что «Единая Россия» желает показать на центральных каналах как он метет улицы дабы другим неповадно было писать лишнее, предпочел сесть за решетку и отправился на двадцать два дня в колонию-поселение.

В. Спирягин: «Мне после отбытия наказания на зоне всерьез предлагали просить политическое убежище в Англии. Даже звонили Борису Березовскому, и тот был согласен оплачивать меня в Лондоне. Более того, Б. А. Б. был готов выплатить моральный вред Володину из своего кармана (200 тысяч в рублях). Я от этого предложения отказался, а то бы меня точно грохнули в подворотне. А политическое убежище не стал просить потому, что меня бы назад точно не пустили бы, а тут у меня мать и детей куча».

Сам же главный герой публикации Вячеслав Володин пошел после тех выборов в явный, еще более впечатляющий карьерный рост, стал впоследствии руководителем аппарата Правительства — заместителем Председателя Правительства Российской Федерации. Последние неполные два года он пребывает в должности первого заместителя руководителя Администрации Президента РФ, слывет влиятельным «серым кардиналом» Кремля.

Владимиру Спирягину же как опытнейшему журналисту, редактору, лауреату множества конкурсов СМИ выдан фактический негласный запрет на профессию в Саратовском регионе. Некоторые местные «единороссы» в насмешку предлагают ему пойти куда-нибудь работать дворником и прибавляют при этом, что еще не везде его возьмут.

Вот такой бумеранг гарпуна…


Автор: Алексей Голяков, редактор отдела «СМИ и общество», «Журналист», г. Москва

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments