gutsuland (gutsuland) wrote,
gutsuland
gutsuland

Психушка за Болотную

Суд признал Михаила Косенко виновным в участии в массовых беспорядках и применении насилия по отношению к представителям власти во время акции "Марш миллионов" 6 мая 2012 года и приговорил к принудительному лечению в психиатрическом стационаре. Проходить лечение он будет до того момента, когда медики сочтут, что пациент здоров. Косенко свою вину не признал. Поддержать осужденного к зданию суда пришло порядка 500 человек. Полиция задержала около 10.


Еще за полчаса до назначенного времени вынесения приговора Михаилу Косенко очередь в суд состояла всего из 10-15 человек. Неподалеку, согласно букве закона, в пятидесяти метрах друг от друга, активисты развернули плакаты. "Вменяем Косенко, а власть — нет!" — кричали яркие красно-синие буквы на одном листе ватмана. Другие взывали: "Психиатры, не повторяйте советские времена!", "Психиатры, диагноз Косенко на вашей совести!" Однако лица людей, держащих в руках транспаранты, отражали лишь безнадежность и бессилие.

Спустя несколько минут количество желающих попасть в здание Замоскворецкого суда превысило 100, затем 200 и 300 человек. Никто из собравшихся не скандировал никаких лозунгов вплоть до того момента, как судья Людмила Москаленко начала зачитывать вердикт. "Здесь есть Алексей Навальный?" — крикнул стоящим в очереди молодой человек, поднявшись на крыльцо здания. "Он уже внутри!" – сообщили ему в ответ. Только попасть "внутрь" было фактически невозможно.

Судебный коридор полон журналистов активистов. Приставы тщетно пытаются обуздать людской поток, время уже давно перевалило за 14:00. "Господа журналисты, ну вы сами виноваты в том, что подсудимого не приводят! Слишком вас много! Освободите коридор!" — возмущается коренастый мужчина в черной униформе. "Спрашивается, что собрались? Зал маленький, смотреть здесь не на что, а рвутся так, будто их судят! Не нравится вам что-то в этой стране — так езжайте в любую другую, пожалуйста!" — причитал его коллега у дверей зала заседаний. "Так мы не хотим ехать никуда, вы сами и езжайте", — почти хором ответили сразу несколько активистов.

После часа ожидания в коридоре появилась пресс-секретарь суда, на вопрос журналистов "сколько еще ждать?", невнятно что-то проговорила и скрылась за ближайшей деревянной дверью.

Внезапно раздались аплодисменты. Журналисты встрепенулись, приставы насторожились. Но Косенко в сопровождении конвоя вышел из лифта только через 15 минут. Активисты принялись скандировать: "Свободу!". Порыв поддержали и за стенами суда. Из раскрытых окон отчетливо доносились различные лозунги.

В небольшой душный зал вслед за подсудимым впустили лишь нескольких пишущих журналистов. Остальные довольствовались общением с судебными приставами. Они, к слову, менялись каждые 5 минут из-за невыносимой жары в зале. "Ну ничего, на бане сэкономил зато", — шутили блюстители порядка, едва в коридор просачивался через приоткрытую дверь их очередной вспотевший коллега с ярко-красным лицом и растерянным взглядом.

"Неужели вы не знаете, что здесь происходит?" — поинтересовалась пожилая женщина у охранявшего вход в зал суда пристава. "Нет, не знаю", — с каменным лицом ответил тот. "Как же так? Вы же здесь


Фото Дениса Гольдмана

работаете, видите, что столько народу пришло. Такое ощущение, что вы гражданин другой страны или планеты. И вам даже не интересно, кого и за что судят?". "Нет, не интересно", — отчеканил он. "А вдруг там маньяка какого-нибудь судят?", — наставала дама. "Ну и что мне с этого? Что я ему нос что ли откушу или, наоборот, по голове поглажу? От меня же ничего не зависит", — усмехнулся пристав. Вдруг разговор прервали крики с улицы "Свободу! Свободу! Свободу!". Кричать принялись и стоящие в коридоре, однако полицейские пригрозили собравшимся задержаниями, и шум почти сразу затих.

"Ребята, Косенко нас слышит и улыбается, когда мы скандируем", — отрапортовал парень лет 25, не отрывая глаз от своего смартфона, – информацию он узнал из социальных сетей. Затем по коридору пошел слух, что текст приговора "слово в слово" сходится с обвинительным заключением. Сомнения окончательно развеяла женщина, вышедшая из зала суда еще до окончания действа: "Приговор – почти как обвинительное заключение, 212 статья", – с тревогой произнесла она.
Фото Дениса Гольдмана

У входа в Замоскворецкий суд о приговоре – "принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа" – узнали спустя пару секунд после его оглашения. Дюжина молодых людей растянули на крыльце два больших баннера, текст на одном из которых гласил "Только гнев и страх заставляют применять насилие", и принялись скандировать "Свободу Михаилу Косенко!" Действуя жестко и оперативно, сотрудники полиции изорвали в клочья обе белые материи и погрузили остатки баннеров, а за ними и манифестантов, в автозаки. Неподалеку кто-то зажег файер, но почему-тополицейские даже не обратили на это внимания. Призывы к свободе сменились традиционным лозунгом "Путин вор!", а затем — задержаниями.


Фото Дениса Гольдмана

"В деле Косенко мы имеем дело с воскрешением практики советской психиатрии19 60-х—1980-х годов, откровенное использование психиатрии в политических целях, — говорит президент Независимой ассоциации психиатров президент Независимой ассоциации психиатров Юрий Савенко. — Слава богу, это пока одиночные дела, но все технологии для того, чтобы использовать психиатрию, готовы на огромном множестве рутинных дел. Это дело показало, что врачи института им. Сербского, вызванные в суд, не постеснялись в моем присутствии, как коллеги, полностью перечеркнуть международную классификацию болезней. А на вопрос суда, ухудшится ли состояние Косенко в условиях СИЗО (при том, что ими же в собственном экспертном заключении отмечено, что состояние заметно ухудшилось), они ответили: "Это не в нашей компетенции". Словно они не врачи в первую очередь!".

"Я думаю, что при очередном пересмотре дела, которые бывают каждые полгода, его отпустят. Потому что это человек, который в течение 12 лет с более легким диагнозом добровольно, аккуратно лечился и обследовался. Лечить его принудительно в этой ситуации — полная нелепость", — резюмировал эксперт.

Алексей Навальный участие в брифинге для прессы не принял и, выйдя из здания суда, поспешил поскорее скрыться. Тем не менее, проводили его собравшиеся громкими аплодисментами.

Глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева в основном отвечала на вопросы не корреспондентов, а активистов. На вопрос "Что теперь делать?" она ответила: "Мы будем отправлять открытое письмо в Международную ассоциацию психиатров, пускай исключают нашу делегацию за этот позор. Вот в советское время, когда их исключили, они перестали сажать, чтобы их обратно пустили. Пустили. Вот теперь надо опять исключать".

Адвокат Михаила Косенко Дмитрий Айвазян заявил о намерении обжаловать заключение психиатров. "Оно (заключение) порочно по многим обстоятельствам. То состояние, в котором он находится, не входит, согласно международной классификации, в перечень больших психозов. Это особенность его психического состояния. Он принимает амбулаторно какие-то легкие транквилизаторы. Я задавал вопросы эксперту в суде, каковы же признаки опасности Михаила для общества и для себя? Эксперт не смог ответить. Находился ли Михаил в психотическом состоянии, участвуя в митинге? Эксперт также не смог ответить. Если он будет в психиатрической больнице, страшно представить, какими препаратами его будут лечить", — отметил он.




Карательная психиатрия возвращается ...
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments